Карфаген разрушен

Для начала я предложил в своих статьях основательно разобраться с историей отечественного образования и просвещения. Как известно, без истинных знаний прошлого никакого движения вперед в будущее не будет. В первую очередь я предлагал разобраться с историей просвещения, которая за последние 80 лет оказалась в крайне сложной, а точнее сказать, в запутанной ситуации. Такой запутанной, что даже пришлось за помощью обратиться к трудам классиков эпохи просвещения Я.А. Коменского, Ж.-Ж. Руссо и И.-Г. Песталоцци.

Невероятно, но факт, за последние 80 лет имена Коменского, Руссо и Песталоцци так предали забвению, что в 2012 году, юбилейном году для Коменского, со дня рождения которого исполнилось 420 лет, Руссо, у которого вообще круглая дата — 300 лет, не только не вспомнили их дела, но и имена стали забывать. Сегодня не каждый ученый-педагог сможет толком объяснить, что представляет собой универсальная теория практики Я. А. Коменского, тем более показать ее использование в теории и на практике. Хуже того, могут допустить такую вольность, как назвать «Великую дидактику» Я.А. Коменского наукой.

Недавно я несколько раз рассказывал одному ученому из подмосковного вуза о системе Коменского, о ее эволюции. Что самое интересное, этот ученый, профессор, доктор педагогических наук за все время моих объяснений не проронил ни слова. Как будто воды в рот набрал. Я наглядно объяснил ему развитие системы Коменского через идеи его последователей Руссо и Песталоцци, а также через идеи ученых-психологов и школьные практики учителей. Нарисовал три дерева: «древо познаний» школы Я. А. Коменского, совсем зеленый саженец — «древо жизни» школы свободного воспитания и производительного труда Ж.-Ж. Руссо и до безобразия изуродованное дерево знаний современной российской школы. С помощью этих рисунков объяснял, чем разительно отличается «древо жизни» школы свободного воспитания и производительного труда Руссо от «древа познаний» школы Коменского. Доказывал, что в начальной школе Коменского предметные знания являются целью, а умственные способности младших школьников — средством. В школе Руссо умственным способностям младшеклассников не придают особого значения. В его школе развитие чувственных способностей учеников является целью, а предметные знания — средством. Как видим, в своей школе Руссо меняет функцию у предметных знаний и главную функцию передает органам чувств младшеклассников, из-за чего существенно меняется порядок в школе, который сказывается на качестве обучения младших школьников. К тому же если учесть, что производительный труд присутствует на уроках всех дисциплин начальной школы Руссо, то эффект этой школы поразителен.

Во-первых, в школе Руссо можно осуществить мечту Томмазо Кампанеллы — научить учиться каждого ученика.

Во-вторых, младшие школьники имеют одинаковые стартовые возможности в начале своих индивидуальных образовательных траекторий.

В-третьих, при таком порядке в школе Руссо все ученики свободно осваивают обязательный минимум знаний начальной школы, для того чтобы затем свободно освоить более сложный учебный материал на последующих ступенях общеобразовательной и профессиональной школы. Таким образом, для школы Руссо требуются предметные знания, обладающие дидактической ценностью, знания психологических особенностей органов чувств ребенка и механизм переноса знаний из хронотопа учителя в хронотоп ученика, состоящий из дидактических единиц, разработанных Песталоцци.

Итоги деятельности великих ученых эпохи Просвещения можно подвести с помощью двух интерпретаций эволюции системы Коменского. Первая заключается в том, что принцип дополнительности Нильса Бора объясняет, что состоятельность идей системы Коменского подтвердили идеи Руссо и Песталоцци.