Система образования США как… зеркало

Когда я начала читать книгу Патриции А. Грэм «Америка за школьной партой», меня как током ударило. Она ведь про нас, про ситуацию в российском образовании рассказывает, правда, сама об этом даже не подозревает.

«Америка за школьной партой» — это не книга, а монография, где приводятся ссылки на сотни исследований, публикаций, документов, подтверждающих каждое слово автора. Патриция А. Грэм — признанный лидер образовательных исследований в США, первая женщина — декан высшей педагогической школы Гарвардского университета, всю свою жизнь занимающаяся поиском ответов на вопрос о предназначении школьного образования и его качестве.

Уже на первых страницах она задает главный вопрос всей книги: зачем вообще школа нужна государству? Почему в одно время от школы требуется воспитание молодых граждан, а потом вдруг более важным становится их образование? А всех ли надо учить или только тех, кто способен? Как и чему учить, когда в разное время обществу нужны то солдаты и рабочие, то инженеры? И почему школа все время не успевает реализовать задуманные умными людьми полезные реформы? Только школа начнет понимать и адаптировать программы под новые требования, как они опять меняются. Мне понравился яркий образ, который дает Патриция: государство задает ритм и темп барабанной дроби, за которой школа никак не успевает, поэтому подвергается постоянной критике со всех сторон. Согласитесь, очень актуально и для нас сейчас.

В книге автор не только подчеркивает логическую необходимость реформ системы школьного образования Америки как ответа на вызовы времени, но очень смело показывает подводные камни. Именно эта ее откровенность меня и подкупила, потому что у нас тоже есть все эти скелеты в шкафу, только о них так открыто не говорят. Начнем!

Чего же хочет государство от школы?

Самый основной ответ: качество образования и воспитания. Так просто. Но здесь-то все самое интересное и начинается. По мнению Патриции А. Грэм, школы всегда должны были учить американских детей писать и читать по-английски. Но даже это базовое требование в разные годы было весьма скромным. Борьба за качество образования наталкивалась на противоречия, которые вызывали острые споры в обществе и, как их следствие, очередные реформы.

Первый вопрос: как определить уровень оптимальной достаточности школьного образования? Патриция А. Грэм приводит цитату из документа 1983 года под названием «Нация перед лицом угрозы», подготовленного национальной комиссией по оценке качества образования: «Четверть поступающих на службу в Военно-морской флот США не способны читать на уровне 9-го класса, а следовательно, понимать инструкции по обращению с военной техникой. Американцы должны пересмотреть свое пренебрежительное отношение к образованию…»

По мнению автора, каждая война, в которой Америка принимала участие, заставляла государство пересматривать требования к уровню образования своих граждан. Так, самые первые тесты IQ появились как необходимость справедливого распределения рекрутов при вступлении США в Первую мировую войну. Ученым нужно было найти инструмент, позволяющий быстро определить, кого из юношей отправлять на офицерские курсы, а кого в пехоту, на фронт. И первые результаты показали, что средний уровень развития американских солдат соответствовал 13-летнему возрасту. Тестирование тысяч молодых людей вызвало недовольство сложившейся системой образования и дало толчок к пересмотру того самого «достаточного» уровня образования.

Обратите внимание, как бы это цинично ни звучало (но мы же говорим не про нас, а про США): когда государству нужны солдаты, уровень технологичности войны задает планку для системы образования.

Измеряется ли качество образования успеваемостью?

Это один из скелетов в шкафу. Мне было удивительно прочесть в этой книге, что система тестирований в США себя обесценила еще в начале 2000-х, когда стало понятно, что изначально благая идея объективной оценки реального уровня знаний школьников превратилась в систему натаскивания на нужные баллы. И если тесты не удавалось