№4
Директор школы №4 за 2022 год.
PDF
DOC
Оценить могут
только подписчики
-
Персона грата

«Столкновение с реалиями современной школы приводит к оттоку кадров». Интервью с Е.Ленской

Регулярные изменения, происходящие в школе сегодня, раздражают очень многих. Часто можно услышать от педагогов: «Нам некогда работать — все время пытаемся успеть за этими переменами». Так когда и в чем перемены в образовании к лучшему, а когда стоит критически подходить к новым указаниям сверху? Попробуем разобраться вместе с Еленой Ленской, кандидатом педагогических наук, руководителем Центра изучения образовательной политики МВШСН.

 

— В последнее время мы видим, как школы живут в состоянии бесконечных и бесконтрольных изменений. И им приходится подстраиваться под эти перемены. В результате школы поделились на три категории, по моим наблюдениям. Первая категория — это школы, которые за этими изменениями не успевают или успевают частично, пытаются подстраиваться, как-то выживать в этих условиях. И часто у них это получается, даже показывают неплохие результаты. Но им это дается с таким трудом, с такими усилиями, что по ним видно: они уже выгорели. И что с этим делать, они не знают.

Вторая категория школ — это те, которые все успевают, все схватывают на лету, у них все получается. Но что стоит за этим успехом, как им это дается, знает только директор и педколлектив, который в этом никогда не признается.

Есть еще третья категория школ, которые не успевают за этими изменениями уже давно и уже не особенно стремятся успеть. Они на свой страх и риск живут по своему выстроенному вполне логичному и, главное, работающему формату. Да, эти изменения существуют… Но директор в первую очередь понимает, что, если он будет изо всех сил стремиться им соответствовать, он «загонит» и себя, и коллектив.

Как вы считаете, какая из этих трех моделей в долгосрочной перспективе наиболее жизнеспособна?

— Вопрос в том, что меняется. Если исходить из того, что меняются установки, спускаемые сверху, то, конечно, правы представители третьей модели. Но есть еще объективные вещи, требующие перемен, и если на них не обращать внимания, то это вызовет уже недовольство не только начальства, но и родителей. В связи с пандемией случилось то, чего на самом деле мы хотели уже давно: процесс обучения неожиданно стал наблюдаемым, причем и для администрации, и для родителей. Педагогов это тревожит, но в этом есть большой ресурс. Почему я говорю «то, о чем мы мечтали раньше»? Нам давно хотелось, чтобы у нас в классе появились хотя бы ассистенты учителя, потому что когда в классе двое взрослых, то уже нельзя пускать учебный процесс совсем на самотек, заниматься исключительно текучкой, приходится оглядываться на вот этого второго, который рядом с тобой в классе. Но если уже и родители имеют возможность посмотреть, как происходит обучение, то это в каком-то смысле еще лучше. Многие родители внезапно обнаружили, например, как плохо некоторые задачи формулируются в учебниках.

Раньше об этом говорили только учителя, а теперь уже и родители на их стороне, которые говорят: есть некоторые учебники, которые безнадежно устарели. Они же в том числе замечают и то, как монотонно организованы некоторые уроки, как учителя начали защищаться от детей, обрушивая на них тонны домашней работы. Честно говоря, они и раньше так делали, особенно не очень опытные, или очень загруженные учителя, которым некогда думать про то, как лучше выстроить свой урок. Поэтому они старались переложить часть ответственности за обучение на детей и их родителей. Теперь это стало видно. Поэтому совсем не меняться в связи с тем, что случилось, уже невозможно. Поэтому те школы, которые будут идти в фарватере всех этих перемен, скорее выиграют.

Хотя, когда школу заставляют меняться только потому, что наверху начальство так захотело — и руководителям школ непонятно, зачем это делается, будет ли от этого польза или нет, школы правы, это игнорируя. Мне очень нравится, что в одной из ранних версий британских требований к начинающему учителю было такое: критически относиться к предлагаемым инновациям. У нас же считается, что если что-то предложили, то нужно взять под козырек и делать.

Я сейчас не на примере школ скажу, а на примере детских садиков. У меня много студентов, которые учатся на программе «Управление дошкольным образованием», и я каждый раз поражаюсь тому, что часто то, что им велят затевать, они и затевают. Например, инженерные детские садики! Ну это полный бред! Осуществлять профессионализацию в дошкольном возрасте — это просто неумно, потому что дети имеют право передумать, даже когда они уже окончили школу. Мы для этого программу Liberal Arts (Cвободных искусств) в своем университете устроили, именно для тех, кто еще до конца не определился, но более-менее понимает, что хотел бы работать в гуманитарной сфере. А те, кто слепо следует указаниям начальства, может сказать: ну инженерные садики так инженерные садики. И так говорят очень часто. И вкладывают ресурсы в создание этих самых инженерных садиков.

Школы тоже этим грешат и иногда следуют за какими-то изменениями, не обязательно осмысленными тем самым начальством, которое их предлагает. Слово красивое услышали и предложили: а давайте, школы, поработаем в этом направлении?

Наблюдаемость, о которой я говорила и которая очень для меня важна, причина, из-за которой можно говорить, что развитие некоторых школ по второй модели очень и очень перспективно.

Вообще, на наших глазах поменялась целая цивилизация, как мне кажется. То, как живут сегодня наши дети, сильно отличается от того, как жила я, например. Их жизнь стала совсем другой. Они проводят много времени в виртуальном мире, знакомятся и дружат в интернете, и не ориентироваться на это — нелепо.

Еще одно большое начинание, где школы могут пойти по пути предлагаемых изменений, а могут воздержаться, — это инклюзия. Еще в 1990 году мы подписали Джомтьенскую конвенцию об образовании для всех и договорились о том, что будем всячески поддерживать инклюзию. Но чем мы фактически ограничились? Тем, что научились худо-бедно оказывать какие-то дополнительные услуги детям с ограниченными возможностями здоровья, во всем полагаясь на мнение специалистов, которые до сих пор определяют, где учиться ребенку. А это значит, что мы до сих пор живем по медицинской модели инклюзии.

Медицинская модель как выглядит? У ребенка есть проблемы с обучением, нам, педагогам, надо озаботиться этими проблемами, желательно привлечь еще и медиков и решить эти проблемы. В этом случае решение, куда ребенку идти учиться, принимают в основном медики, и чаще всего он оказывается в спецшколе. Сейчас везде более распространена социальная модель инклюзии, которая исходит из дополнительных потребностей ребенка. Какими бы они ни были. Проблемы со здоровьем, проблемы с тем, что дома он говорит на другом языке, а не на том языке, на котором его учат в школе, проблемы, связанные с тем, что он переехал и из одной культуры в другую… Или он принадлежит к какому-то национальному меньшинству, которое всю жизнь училось в невыигрышных условиях, например наше цыганское население, на которое мало обращают внимания.

Однако наша образовательная политика нацелена пока только на детей с ОВЗ. Поэтому что делают школы? Они строят пандусы, которые, как правило, либо разваливаются сразу, либо всем мешают — в том числе и тем, кто должен ими пользоваться, вывешивают таблички со шрифтом Брайля, до которых слепым детям дотянуться невозможно… А самое главное, научить педагогов работать с такими детьми — этому их по-прежнему не учат. И если в школу попадают такие дети, то их стараются обучать в строгом соответствии с медицинской моделью или говорят: этот ребенок у нас учиться не может, условия для него не соответствуют, поэтому мы его отправляем на домашнее обучение. А это обычно значит, что ребенка вообще лишают возможности учиться полноценно.

Поэтому школа, которая всерьез возьмется что-то кардинально поменять в этом подходе, — это замечательная школа, она формально выполнит требования, которые перед ней поставлены, но при этом отнесется к этим требованиям гораздо более ответственно, чем большинство.

 

— Как изменился педагог за последние лет 5, даже если не брать во внимание пандемию? Что меняется в профессии учителя, в его подходах к работе с детьми, по вашим наблюдениям?

— К сожалению, очень мало что меняется. Я продолжу на примере инклюзии.

Вы знаете, какая печальная штука? Мы участвовали в большом исследовании, которое проводило ЮНЕСКО в 30 странах Восточной Европы, Средней Азии и вплоть до Монголии. Это были в том числе бывшие советские республики. Что там изменилось? Надо сказать, что во многих странах молодые учителя, которые приходят в школу, умеют справляться

Ознакомительная подписка
Полезными знаниями приятно делиться.

Полный текст статьи доступен только подписчикам.

Зарегистрируйтесь, и вам станут доступны два любых материала в любом из наших журналов для ознакомления

зарегистрироваться
Другие статьи
Из этого номера
  • Из этого номера
  • Выбор редакции
Директор школы №4 за 2022 год. вышел 19 апреля 2022
Оценить могут
только подписчики
6.0
Директор школы №4 за 2022 год. вышел 19 апреля 2022
Оценить могут
только подписчики
-
Директор школы №4 за 2022 год. вышел 19 апреля 2022
Оценить могут
только подписчики
-
Директор школы №4 за 2022 год. вышел 19 апреля 2022
Оценить могут
только подписчики
-
Директор школы №4 за 2022 год. вышел 19 апреля 2022
Оценить могут
только подписчики
-
Еще