Карта оценки урока
Требования, предъявляемые к компетентности учителя, в соответствии с методикой
Собранные данные анализируются, создается интегральная оценка, в зависимости от которой педагог либо подтверждает соответствие занимаемой должности, либо выдвигается экспертной комиссией на первую или высшую квалификационную категорию. Когда мы предложили нашему педагогическому коллективу автоматизированные инструменты самооценки, последующий анализ ответов показал, что учителя в целом оценивают себя очень высоко — средняя оценка по любому блоку практически у всех была не меньше 4 баллов из 5. Другими словами, каким образом стоит отвечать, чтобы считаться хорошим или даже выдающимся учителем, большинству педагогов оказалось известно. Однако хотелось получить более реальную картину.
Инструмент оценки
Мне представлялся инструмент, который можно использовать прямо на уроке таким образом, чтобы не только эксперт, но и сам учитель адекватно мог оценить свой урок. При этом результат должен быть измеримым, например в процентах. Правда, при разработке данного инструмента сопровождение аттестации перестало быть главной целью, на первый план вышли цели профессиональной помощи учителю и организация внутришкольного повышения квалификации. В результате этой осенью возникла карта оценки урока, в которую вошли пять из шести блоков, использующихся при аттестации педагога. Один из блоков, относящийся к оценке компетентности в области разработки программ деятельности, оказался не очень актуален, так как в нем мало критериев, применимых непосредственно к уроку.
По каждому из пяти выделенных блоков были разработаны восемь критериальных шкал, по три утверждения в каждой. Одно из утверждений показывало желаемый результат на уроке, соответствующий высокой оценке уровня квалификации (при введении числовой оценки этому утверждению соответствует 2 балла). Другое утверждение раскрывало, что на уроке желаемого результата не наблюдается (0 баллов). Еще одно утверждение было промежуточным — на уроке наблюдаются какие-то части результата, который желателен с точки зрения соответствия аттестационным требованиям (1 балл). Соответственно по каждому блоку можно набрать до 16 баллов, и отношение набранного количества баллов к максимальному дает процент соответствия желаемому результату по отдельному блоку.
Оптимизация измерителей
Карта оценки урока, получившаяся таким образом, прошла первую «редакторскую правку» некоторых учителей и экспертов, формулировки критериев уточнялись, конкретизировались, переводились на менее формальный язык. В процессе редактирования я столкнулся с любопытной особенностью. Ко многим критериальным шкалам у педагогов возникли содержательные претензии с точки зрения того, насколько обоснованно их вообще можно применить для оценки урока. При этом у разных учителей были претензии к совершенно разным шкалам. Тогда отредактированные карты оценки были распечатаны и выданы учителям, а также опубликованы в интернете с просьбой членам педагогического сообщества исключить в каждом блоке из восьми шкал три самые неудачные. Результаты получились очень интересными.
Очевидно, что чем выше доля опрошенных, проголосовавших против того или иного критерия, тем выше потенциальное нежелание педагогов оценивать данные компоненты своей деятельности на уроке. Это может быть связано с неудачной формулировкой критерия, с его объективно малой применимостью к уроку, однако представлялось, что большинство малоприменимых критериев было исключены еще на этапе подготовки карты, а практически все формулировки уже прошли первичную редакцию. Поэтому я принял за гипотезу то, что компоненты, в опросе не нашедшие поддержки, в деятельности опрошенных педагогов могут «западать» или находятся в зоне риска. И тут даже с учетом возможных погрешностей исследования (в нем приняло участие пока всего 34 человека) возникла интересная картина.
Первый блок в соответствии с методикой
Рис. 1. Блок «Педагогическое общение»

Чуть меньше неприятия (47%) вызвал пункт 1.7 о стиле поведения учителя в случае возникновения у него проблемы: склонен ли он переложить решение этой проблемы на учащегося или взять ответственность на себя, объективно описать возникшие затруднения. 41% респондентов остались недовольны пунктом 1.2, где учитель демонстрирует, способен ли он рассматривать ситуации с точки зрения учащихся. Наибольшее количество опрошенных (85%) согласились с пунктом 1.8 о культуре речи учителя и понятности его высказываний. Также относительно немного возражений (21%) было пункту 1.1 о том, обращаются ли учащиеся за помощью к учителю в случае затруднений, и пункту 1.3 (21%) о том, подчеркивает ли учитель сильные стороны учащихся, обрисовывает ли перспективы их развития.
Подчеркивание недостатков и поиск ошибок нередко формируют стиль не только урока, но и организацию всего учебного процесса. Мы мало концентрируемся на достижениях как собственных, так и ученических. Отсюда, возможно, сложное отношение опрошенных учителей к тому, что недостатки и слабости отдельных учащихся не нужно демонстрировать всему классу. Интересно и то, что учителю не хочется, чтобы оценивали его умение смотреть на ситуацию с точки зрения учащихся. Как знать, может быть, потому, что эта точка зрения неизвестна учителю или он ее не разделяет? Есть еще вариант, что учитель не очень представляет, как оценить умение учесть точку зрения учащихся, соответственно не может данный критерий применить. И о проблемах на уроке учителя не очень любят говорить, возможно, потому, что считают это лишним, а может, потому, что нет соответствующего умения. С другой стороны, если педагоги не стали возражать относительно того, чтобы оценивали их способности указывать на сильные стороны учащихся, есть вероятность, что учителя не хотят, чтобы их оценивание учащихся само по себе как-то оценивалось.
Блок постановки целей и задач педагогической деятельности продемонстрировал достаточно ровную картину.
Тем не менее 50% респондентов негативно отнеслись к оценке того, отделена ли учителем тема урока от ставящихся целей (пункт 2.1). 44% опрошенных исключили бы из карты пункт 2.4 о том, способствовали ли поставленные цели организации деятельности учащихся, а 41% высказал негативное отношение к пункту 2.3 о том, способствуют ли поставленные цели росту интереса и активности учащихся (см. рис. 2).
Рис. 2. Блок «Постановка целей и задач педагогической деятельности»

Остальные критерии блока вызвали реакцию на уровне 26−32% недовольных, за исключением пункта 2.5 о том, содержат ли цели урока критерии, позволяющие учащимся самостоятельно или с помощью учителя оценить качество результата. Число считающих этот критерий неудачным составило всего 6%, то есть количество одобряющих данный критерий практически абсолютно.
Возможно, первый критерий в блоке сформулирован не очень удачно, но есть и другой вариант трактовки. Анализ большинства уроков показывает, что учителя, возможно, не очень понимают, зачем отделять тему урока от цели. Объявили тему — понятно: этим и занимаемся. Так часто происходит на реальном уроке. И цели даже как описание результата, что должно получиться в конце урока, зачем выполнять те или иные действия, сравнительно редко обсуждаются. Соответственно учителю может быть не очень ясно, каким образом цели могут активизировать учеников, ведь им нужно быть активными и так, это подразумевает организация учебного процесса. Дети и так должны испытывать познавательный интерес, поэтому оценивать, стало ли ученикам интересно, может кому-то представляться лишним.
С другой стороны, оценка интереса на уроке экспертом или самим учителем затруднительна: как оценить интерес в рамках 45 минут? Вопрос сложный. Зато ни у кого не вызвало возражений, что ученики сами должны понимать, получается у них или нет достичь целей. Мне тут стало интересно, какова вероятность того, что целью урока в значимом количестве случаев негласно считается прохождение очередной порции заявленной темы.
В блоке мотивирования учащихся (см. рис. 3) большинство опрошенных (65%) предпочло бы удалить пункт 3.5, не считая нужным связывать тему и цели урока с потребностями и интересами учащихся.
Рис. 3. Блок «Мотивирование учащихся»

44% недовольны пунктом 3.8 о том, только ли учитель ставит задачи учащимся или те тоже принимают участие в этом процессе.
Остальные пункты распределились ровно — от 23 до 32%, более всего в блоке респондентов устраивает пункт 3.7 о необходимости практического применения изучаемого материала — всего 15% недовольных.
Возвращаясь к точке зрения учащихся, получаем, что потребности и интересы учеников, оказывается, трудно связать с тем, что происходит на уроке. Настолько трудно, что вызывает неприятие даже возможность участия детей в процессе формулировки задач. Возможно, учителя не принимают точку зрения, что детям «не нужна математика», например. Все чаще учителя от учеников слышат именно это, что не очень способствует учету интересов учеников, скорее популярной среди учителей становится точка зрения «им ничего не нужно» и «они совсем от рук отбились».
Здесь возникает противоречие: применение учебного материала на практике вроде и желательно, но если практика не связана с жизнью учеников, их потребностями и интересами — какова ценность для учащихся таких практических примеров?
Четв
Полный текст статьи доступен только подписчикам.
Зарегистрируйтесь, и вам станут доступны два любых материала в любом из наших журналов для ознакомления