Сказку сделать былью...

В основе подобных идей лежит несколько работ американского этнографа Маргарет Мид (1901−1978). В свое время она первой обратила особое внимание на уникальность ситуации, часто возникающей в семьях беженцев.

Дело в том, что детишки в таких семьях, даже первоначально не зная чужого языка, тем не менее через какое-то время часто оказываются более социализированными, чем взрослые в их семье. То есть детям, как правило, удается быстрее, прочнее и (или) глубже родителей встраиваться в новые условия незнакомого социума. Тогда как их родители оказываются во втором эшелоне социализации. И им то и дело приходится пользоваться тропинками, которые прокладывались их собственными детьми.

Изучая жизнь семей беженцев, Мид прозорливо объявила становление новой культурно-исторической тенденции, железную поступь которой в XXI веке суждено будет ощущать все большему числу семей, где бы они ни жили, какого бы вероисповедания ни были, к какому бы слою общества ни принадлежали. И суть этой тенденции в том, что поводырями грядущего развития человечества станут не «дедушки-бабушки» и не «взрослые родители», а их собственные детишки.

О возможностях и обязанностях учителей

Если детям и отведена незавидная роль очутиться в авангарде развития человечества, то не следует думать, что взрослые специально начнут выставлять их впереди себя в роли щита. Вовсе нет. Все будет проходить совершенно естественным образом, в чем и проявится вся неумолимость общественного прогресса, о которой впервые стала предупреждать Маргарет Мид. И сейчас в окружающей нас повседневности подтверждения тому начинают встречаться все чаще.

К примеру, мой внук через год пойдет в школу. Читает и пишет он, разумеется, с трудом, в отличие от той учительницы, которая будет учить его в школе. Но новую игру на своем айфоне он уже сейчас может легко инсталлировать. А вот его учительница — даже через год — навряд ли…

И сегодня все большее число взрослых начинает понимать, что уже пора перестать игнорировать подобные факты. Ребенок идет в школу учиться, не подозревая о том, что его учительница сама по себе уже «плетется в хвосте» прогресса, тогда как ему самому предстоит участь быть «авангардом развития человечества»!

Но если современным детям независимо от их и наших желаний действительно в ближайшее время суждено оказаться на передовой, то можем ли мы хоть чем-то помочь им? В силах ли мы заранее какую-нибудь соломку им подстелить? Или хоть чем-то облегчить тяжкую ношу предстоящей миссии?..

Культурология считает, что каждый школьный учитель не только может, но, более того, обязан заранее соломку расстилать. А на компетентностном языке профессионализма это значит,

во‑первых,

постоянно поощрять детей к общению друг с другом

и, во‑вторых,

поддерживать в каждом ребенке доверие к его собственной интуиции.

(И не удержусь, чтобы специально не отметить, что и первое и второе настоятельно вменяется учителям в обязанность в так называемых стандартах второго поколения, то есть ФГОС.)

Типичная мизансцена на уроке — в затылок друг другу

Казалось бы, о роли общения между детьми и о необходимости каждому ребенку уметь прислушиваться и доверять себе педагоги и психологи твердили весь прошлый век. И что из этого? Что же мы видели и видим на самом деле?

Известные психологам тренинги по формированию навыков общения и умения прислушиваться к себе уж если на что и нацелены, то скорее на социализацию и (или) конформизм. Тогда как привести ребенка к умению общаться или слышать свою интуицию и доверять ей они, по сути, не могли и не могут.

А уж на самих школьных уроках с детским общением и интуицией дело обстоит не лучшим образом. По ходу урока дети все еще вынуждены «партизанить», то есть скрытничать. Ведь переговариваться нельзя, подсказывать нельзя, даже лишний раз посмотреть на соседа (тем более если он сидит сзади) нельзя. А что же можно?

Можно (а вернее, нужно!) все время смотреть на учителя (для этого их и сажают в затылок друг другу), быть послушным и запоминать все, что он объясняет. То есть все как в прошлом веке! Как в замшелые годы застоя!

И действительно, о какой интуиции и о каком общении со сверстниками может идти речь, если неизменной доминантой в образовательном пространстве урока то и дело оказывается общение с учителем, а не со сверстниками.

А во второй половине дня все то же самое «по второму кругу», но уже в ГПД. И так почти каждый «божий день», чтобы потом, придя из школы домой, — сидеть взаперти (на улицу ведь у нас сейчас не то что ребенка, «собаку не выпустишь»!)…

Так о какой виртуозности и каком мастерстве делового общения со сверстниками может идти речь?

Правда, в последнее время все больше появляется учителей, которые интуитивно чувствуют, что уже пора менять свои рабочие