Другого не дано

Проблема чиновничьего произвола сегодня нередко обсуждается в профессиональном сообществе. Однако насколько эта проблема присуща всем регионам? Тем не менее вопросы, поднятые в статье, злободневны, имеют место, поэтому задуматься о них надо.

Факты

Из регионального министерства просвещения директорам школ пришла очередная бумага. Был ли это приказ, постановление, методические рекомендации или просто письмо, не имеет никакого значения, ибо все, что исходит из министерств, как бы ни называлось, на практике подлежит немедленному исполнению. Суть послания высокого начальства была в таблице, где в колонках нужно было проставить № п/п, Ф.И.О. учителя, предмет, количество часов, и оставалась пустая колонка, где руководитель школы должен был поставить крестик (знак «плюс») против фамилии учителя, категорически нуждающегося в брони от призыва в рамках мобилизации. Имелся в виду тот учитель, замену которому в середине года найти невозможно, а если простым языком, школа просто встанет. Представим себе сельскую школу с двумя филиалами, где обучение математике обеспечивают два педагога и у каждого по 35 (или более) часов в неделю. Любого в случае призыва, как пояснили директора, некем заменить, не только педагогом из своего, но и из всех окрестных районов. Если учесть ситуацию с острым дефицитом педкадров не только на селе, но и в городах, где есть и двух-, и даже трехсменные школы, то послание министерства действительно имеет архиважное значение и свидетельствует о заботе государства о школах, о качестве образования, если коротко — о детях, что всегда свято.

Представленное было бы очень ценным позитивным фактом, если бы не одно качество чиновничества — лицемерие и неискренность. Получив документ, директора школ, естественно, сразу приняли требуемое как разумное, мудрое, продуманное, здравое, дальновидное решение. О господи, какие наивные люди!

За вышеназванным документом тут же последовал звонок чиновника министерства, где директорам недвусмысленно дали понять, что никаких плюсов в пустой колонке ставить нельзя, что документ нужно вернуть в министерство чистым, но с подтверждающей подписью директора и печатью. Как вам это?

Лукавство в том, что, с одной стороны, распоряжение губернатора как будто выполнили (проявили заботу о детях, учителях, о школе, об образовании страны), а с другой — не создали высшим чиновникам, руководителям региона, дополнительных проблем, решив, что директора школ так или иначе все равно как-нибудь выкрутятся, справятся. Как всегда. Ведь прежде же как-то справлялись.

Если для директора (который почти всегда совестливый человек) возникает тяжелейшая проблема морального выбора (а для кого-то — непростое противоречие между любовью к родине и любовью к детям), то для издавших документ и тут же позвонивших в школу представленная ситуация — обыкновенное, заурядное лицемерие.

Фактов лицемерия чиновников — тьма. Приведу еще лишь некоторые. Все надзорники (прокуратура, Госпожнадзор, Роспотребнадзор) просят приглашать их участвовать именно в предварительных осмотрах при приемке школ, а также для участия при принятии локальных актов по правовым, экономическим и другим вопросам. Директора, стараясь себя обезопасить, доверчиво попадают в ловушку, ибо открывают те болевые точки, которые чуть позже чиновники используют против них же для санкций. Приходя потом в школы, детсады, надзорники уже знают, где и что искать, и тут же издают свои представления, протесты, за которыми следуют немалые штрафы.

Еще массовый факт. При подготовке бюджетов на очередной финансовый год региональные и муниципальные чиновники требуют от практиков анализ проблем, расчет потребных финансов для их устранения, рассылают запросы. Это повторяется из года в год, из квартала в квартал. Но конечный результат этой якобы важной «работы» один и тот же: «Денег не было, нет и не будет». Но даже если что-то и пообещают, то потом (после принятия решения) эти обещания корректируются по телефону и чаще только в сторону уменьшения.

Отчеты по успеваемости долгие годы строились исходя из желаемых для руководства образованием региона показателей. В разные годы нужны были то медалисты, то отличники, то стобалльники. В итоге мы стали свидетелями, когда именно они (поступившие в вузы) не подтверждали своих оценок уже на первом курсе. При этом создаются сложные механизмы ВПР, мониторингов, цель которых — выявить те школы, учителей, кто завысил показатели. Ничего этого не нужно было бы создавать, если бы по тому же телефону сначала не требовали завышенных показателей от школ.

Практика устных