"Учите ребенка размышлять..."

— Каким образом лицей стал первой площадкой в России по массовому введению в учебный процесс планшетных компьютеров среди всех параллелей?

— Мы начали обсуждать этот проект в 2009 году. Поводом послужила информация о том, что соседний Татарстан решил купить каждому школьнику электронную книгу. Нам эта идея понравилась, мы увлеченно стали обсуждать ее, и тут на наше счастье в разговор вмешались наши IT-специалисты, в частности Константин Бирюков, который ранее работал в крупных московских фирмах и был хорошо знаком с решениями CISCO и продуктами компании Apple. Он с большим энтузиазмом стал нас убеждать, что никаких «читалок» покупать не надо. Конечно, «мерседес» лучше, чем «запорожец», и это настолько очевидно, что даже не требует доказательств. Мы это понимали, но проблема в том, что «мерседес» и стоит в разы дороже, поэтому данный разговор вначале не получал решения…

Именно к 2009 году возник очень интересный и актуальнейший на то время всероссийский проект — дистанционное обучение детей с ограниченными возможностями здоровья. Дело в том, что много лет существовало положение, по которому дети, которые не могли по состоянию здоровья посещать школу, должны были получить образование, но почему-то сразу по сокращенному варианту. Я приведу цифры: если в начальных классах дети обучались 24 часа в неделю, то дети, которые не могли посещать школу, — только 8 часов, в средней — 10, и в старшей школе — 12 часов. Идея этого проекта в том, чтобы разницу в часах дополнить дистанционно и тем самым выравнять и в правах, и в возможностях детей, которые по состоянию здоровья не могут посещать школу. Мы горячо подхватили данный проект, потому что в нашей школе где-то с середины 80-х годов получила развитие методика коллективной творческой деятельности, коммунарская методика, и для нас работа с детьми, которые нуждаются в помощи, становилась неким индикатором зрелости воспитательной системы, и мы за это взялись. Министерство образования и науки нашей республики нас поддержало, ну, а потом мы с удивлением узнали, что этот проект очень хорошо поддерживается и экономически. Мы, конечно, все что необходимо сделали, провели торги и так далее, но наши IT-специалисты доказали, что часть оборудования, заложенного в данный федеральный проект, уже устарела и нужны изменения. Скажу честно, это было очень сложно доказать, но нам это удалось. Благодаря тому, что нас услышали, часть сетевого оборудования CISCO, работающего на детей с ограниченными возможностями здоровья, стало справляться с более широким кругом задач, в результате чего мы получили современную сеть, которая помогла организовать высокоскоростной wi-fi внутри школы.

Однако это только часть задач, которые нужно было решить. Вторая большая часть — это, конечно, приобретение самих планшетов. Здесь было очень важно убедить родителей. Мы сразу решили, что это должны быть личные мобильные устройства. В течение года мы над этим работали, проводили встречи, была создана рабочая группа из числа родителей, причем именно тех, которые изначально были категорически против этого проекта, но нам удалось оппонентов превратить в сторонников, потому что когда идешь вместе по сложному пути, то многие вопросы решать гораздо легче.

Таким образом, мы стали действительно первой школой в России, получившей статус признанной школы Apple — Apple Distinguished School.

— Как вы решились на такие инновации и думали ли вы, что они могут быть восприняты негативно?

Конечно, как и к любой инновации, возникли вопросы… Даже было бы плохо, если бы инновация сразу всеми воспринималась на ура, «всеобщее одобрение» наша страна пережила в полном объеме. Вообще, мне очень нравится выражение К. М. Ушакова, главного редактора журнала «Директор школы». Он когда-то сказал, что опираться можно лишь на то, что сопротивляется, и это абсолютная истина. Так вот, у нас даже есть исследование на этот счет. Если говорить о педагогической части нашего коллектива, то примерно 90% восприняли новые идеи равнодушно, около 5% — с большим энтузиазмом, ну и процента 4 — негативно. Понятно, что молодежь принимает новое на ура, люди, у которых уже все хорошо сложилось и они стали признанными мастерами, сказали, что «от добра добра не ищут», ну и основная масса: «посмотрим, что с этим получится». Этот проект, конечно, был достаточно смелым, потому что включал в себя не просто шаг по принятию решения, нужно было еще и убедить людей в правильности сделанного выбора.

Страхов было очень много, рисков тоже, например, дорогостоящая техника у первоклассника. Как это все сохранять? Насколько это будет влиять на зрение? Были такие вопросы, как влияние электромагнитного излучения на ребенка, в общем, чего только не было. Приведу один пример по поводу электромагнитного излучения: группа наших школьников ходила с приборами и изучала электромагнитное излучение, и параллельно мы пригласили специалистов Роспотребнадзора тоже со своими приборами, и потом мы сложили два результата, выводы оказались идентичными. Излучение от планшета в разы меньше, чем от простого телевизора… Так мы постепенно, шаг за шагом снимали одну проблему за другой.

— Как вам удается оставаться в рамках закона, создавая новый формат обучения, который может противоречить каким-либо федеральным образовательным стандартам?

— Мы законопослушны, и то, что незаконно, мы не делаем и не делали. Авангард авангардом, конечно, но в разумных пределах. А на самом деле в современном законе об образовании электронное обучение никто не отменял, оно там прописано, это первое. Кроме того, есть санитарные нормы и правила по работе с электронными носителями, мы их тоже придерживаемся. Если ребенок пришел на урок, это не значит, что он головы не поднимает от планшета. Если положено в определенном возрасте 10 минут работать, а потом сменить вид занятия, так оно и делается. На уроке планшетный компьютер используется максимум минут 15, потому что никто не отменял и традиционные формы получения знаний. Вообще, такое обучение называется смешанным, и оно абсолютно вписывается в нашу традицию и в нашу